Меню
12+

«Алапаевская газета». Еженедельник для города и района

29.10.2020 08:30 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 44 от 29.10.2020 г.

Архив одной семьи. Костя Киселев

Автор: М.ХРУЩЕВА. Снимки предоставлены автором

Муза Николаевна ХРУЩЕВА собрала по крупицам материалы о Константине Михайловиче Киселеве, своем дяде, защитнике Керчи, погибшем в годы Великой Отечественной войны. До войны Костя жил в доме по ул. Защиты. В 1937 году участвовал в велопробеге Свердловск-Н.Тагил-Алапаевск, работал воспитателем в санитарном лагере с.Арамашево. Сохранились письма и фотографии Константина Киселева. Один из снимков подписан: "Киселевым из Африки". Может быть, кто-то знает, что в довоенном Алапаевске называлось «Африкой». Возможно, это было шутливое обозначение какого-то места в городе или пригороде...

Как часто жалеем мы об утерянном, но это сожаление особое: ушли в прошлое годы, родственники, а ты так и не успел узнать у них, запомнить что-то главное для себя, нынешнего.

О своем дяде, погибшем в Великой Отечественной войне (точнее, пропавшем без вести) я слышала от родных. В семье о нем помнили, сохраняли фотографии.

Эту историю, собранную мною по крупицам, я предлагаю читателям «Алапаевской газеты» вместе с вопросами, на которые кто-то, возможно, ответит.

Киселев Константин Михайлович родился в 1920 году в семье, известной в округе. Отец Киселев Михаил Иванович от рабочего АМЗ (с 1913 г.) дошел до помощника заведующего механического цеха в 1930 году (как написано в характеристике). Дальнейшее продвижение по службе не установлено из-за отсутствия данных в архиве АМЗ. Дедом Константина стал Киселев Иван Гаврилович, известный в городе мастер.

Первый вопрос читателям: как узнать, в какой школе мог учиться Константин, остались ли какие-либо документы той поры?

Дом на улице Защиты, 9, где жила семья Киселевых, был полон технических новинок, технической литературы. Даже в наше послевоенное детство (60-70 г.г.) сохранялись подшивки довоенного журнала «Техника – молодежи», где на передовицах обязательно публиковались портреты Сталина – «лучшего друга молодежи». Журнал до войны печатал информацию о технических новинках, в том числе в области военной техники. Молодежь воспитывалась в стремлении нетрадиционно мыслить, готовиться к защите Родины, стремиться к новаторству. Поколение, рожденное после 1917г., подрастало и воспитывалось свободным от страхов, боли утрат, патриотичным, стремящимся к знаниям.

Молодое поколение Апапаевска овладевало вело – и мототехникой, фотографией, стрельбой… Судя по имеющимся у нас фотографиям, группа молодежи Алапаевска провела в 1937 году велопробег Алапаевск – Свердловск – Н.Тагил – Алапаевск. Костя на фото первый.

Видимо, он в 1937 года окончил школу. Летом этого же года он сфотографирован в санитарном лагере в п.Арамашево с большой группой детей. Возможно, работал воспитателем…На следующем снимке Киселев К. под средним окном.

Второй вопрос читателям: есть ли в городских архивах данные об этом лагере, возможно, кто-то еще вспомнит пребывание там летом 1937 года?

Вопрос третий: еще одно фото с молодым Костей вызывает недоумение – на обороте надпись «Киселевым из Африки». Что в Алапаевске называлось «Африкой», возможно, это шутливое обозначение какого-то места в городе, пригороде?

На довоенных фотографиях Костя на лацканах пиджака имеет значки «Ворошиловский стрелок» и «Готов к ПВХО» (противовоздушной химической обороне). Владение этими знаками предполагало различные формы обучения, сдачи норм, а обладатель второго знака должен был иметь дома противогаз в рабочем состоянии. Знак получен до 1938 года, так как он на цепочке (форма утверждена в 1935 г.), с 1939 года знак выпускался без цепочки.

Вопрос четвертый: где молодежь Алапаевска проходила первичную военную подготовку, остались ли списки учащихся?

В 1938 году Костя Киселев поступает в Тульское военное артиллерийское училище, о чем свидетельствует фото курсанта. Курсанты в экипировке имели шлем, на черной суконной звезде которого крепился эмалированный значок красной звезды (у пограничников суконная звезда была бы, например, зеленая, у летчиков – голубая). К сожалению, из-за разыгравшейся пандемии коронавируса и карантина я не получила ответ на свой запрос из архива нынешнего Тульского высшего артиллерийского училища (так оно теперь называется).

В 1939 году Костя, видимо, прямо из училища попадает на Финскую войну. Сохранилась часть письма из Финляндии. Письмо написано карандашом, прочитываются строки: «Ну вот я и в своей части, отдельном разведывательном батальоне (ОРБ), куда назначен начальником мастерской. Сегодня отремонтировал первый боевой пулемет, трофейный». Технический взгляд недавнего курсанта отмечает: «Огневые точки (на Финских позициях, возможно, линия Маннергейма — прим. автора) забетонированы с толстыми прослойками резины, снаряды отскакивают». Не будем сейчас выяснять особенности этой странной, зимней войны, продлившейся 105 дней, где обе стороны в итоге считали себя победителями. Она была, эта война: со своими причинами, огромными жертвами с нашей стороны, с чудовищными ошибками командования и власти страны. И трудно сказать, чему научила или не научила она руководство страны, военачальников и молодых ребят, оставшихся живыми для более сурового испытания.

Но это история, которую сейчас интересно изучать во всех ее мелочах. Вот фото Кости на лыжах. Там, в финских лесах. Он в той же буденовке из училища (это экипировка рядового состава), в укороченном мягком жакете с резинкой по поясу, возможно, сшила и переслала мама из Алапаевска, но известно, что у офицерского состава были какие-то меховые жилеты.

Под жакетом у Кости китель с офицерскими кубиками на воротнике (погоны появятся в 1943 году). Что на ногах – не ясно, портрет поясной, но в начале операции все советские солдаты мерзли в ботинках с обмотками – это по снегу и холоду. Да большинство призванных на эту войну на лыжах и стоять-то не умели, не то, что ходить (а финны, похоже, рождались прямо с ними). И тут я сделаю отступление. У мамы Кости, моей бабушки Лизы все кончики пальцев рук были плоскими, жесткими и темными. Они были просто стерты. «Почему?» – интересовалась я в детстве. «Дак столько перешито на фронт – куфайки (ватники), штаны стеганые. А навязано рукавиц, носков – не счесть». И мне вспоминается недавний, ко Дню Победы прозвучавший по ТВ сюжет: у тыловиков, производящих на станках для фронта снаряды, кончики пальцев были стерты до крови, до «мяса», а потом высохли, как у моей бабушки.

Летом 1940 года Константин переведен в Кировакан (где служил начальником артиллерийских мастерских), в Армению, писем оттуда не сохранилось, но есть несколько фото: с друзьями, на лошадях, в горах. Безмятежные, с букетиками полевых цветов. Дома, на улице Защиты, хранился его подарок, сувенир из Армении — панцирь черепахи с автографом Кости внутри.

Второе, оставшееся в архиве семьи, уже из февраля 1942 года письмо Кости – это почтовая открытка установленного военного образца, на которой напечатаны слова Ленина: «Презрение к смерти должно распространяться в массах и обеспечить победу». Перед строкой с адресом отправителя еще одна пропечатанная типографией строка: «Паника – худший враг. Борись с паникерами, разоблачай шептунов».

Я отмечаю для себя, что все письма грамотно написаны, со всеми знаками препинания – и это к чести не установленной пока мною Алапаевской школы.

Дальше была только похоронка… Она не сохранилась, но в ней было известие о пропавшем без вести Киселеве Константине Михайловиче. На Крымском полуострове. Дата выбытия 01.05.1942 – 31.05.1942. Многие годы родственники писали в архивы, но все поиски упирались, как мы теперь понимаем, в именной список безвозвратных потерь 47 армии в указанные выше даты, где наш Костя идет под номером 1 (список составлен от руки). Во второй список, видимо, уже отпечатанный в штабе армии на печатной машинке, в адрес вкралась ошибка: г.Алапаевск, ул.Зошта,9.

Все… Сделав запрос в «Восточно-Крымский историко-культурный музей-заповедник», мы получили подробный и честный ответ за подписью генерального директора Умрихина Т.В. с исторической справкой: «…с 8 по 20 мая 1942 года при наступлении немецких войск, при оборонительной операции под Керчью на Крымском полуострове погибло 170 тысяч наших воинов… Киселев К.М. был один из них… Спасибо вам за присланную информацию и фото, — ответили в музее. — Они пополнят фонды музея — заповедника по теме «Керчь в годы Великой Отечественной войны». На территории Керченского полуострова работают поисковые экспедиции. Они открывают новые, ранее не известные имена воинов, погибших здесь в годы Великой отечественной войны. Но, к сожалению, пока сведения о разыскиваемом бойце, Киселеве Константине Михайловиче, не поступали».

А вот две фотографии, я очень хочу обратить на них ваше внимание. 1940 и 1942 годы. Как изменился взгляд молодого парня, ему всего 20-21 год. Музейный работник вашего города спросил у меня: «А у него были награды?» Нам ничего об этом не известно, до наград ли было в те 12 дней обороны. С ним рядом погибли все, кто его знал. Он не стал героем, орденоносцем, он не узнал о победе над фашистами, он просто погиб. Ушел в Крымскую землю.

Безвозвратные потери… Тысячи и тысячи, миллионы…Они могли бы украсить своей жизнью, деятельностью Алапаевск и другие города и веси страны… Но из поколения 20-х после войны в живых остался только каждый третий…

P.S. Мы обязательно вышлем эту статью в Керченский музей.

18