Меню
12+

«Алапаевская газета». Еженедельник для города и района

14.03.2019 08:23 Четверг
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 11 от 14.03.2019 г.

Четыре века села Невьянского

Автор: А.Рачёва

Невьянская слобода

Невьянская слобода – экономический и оборонный форпост русских покорителей Сибири – в этом году отмечает 400 лет своей истории. Публикуем первую часть краеведческого материала, подготовленного А.Рачёвой к юбилею села Невьянского.

Невьянское, Ключи, Елань… – тихие, скромные названия, не отыщешь этих деревень на карте, затерялись где–то в российской глубинке. Эти деревни входили в состав Невьянской слободы, форпоста Верхотурского уезда, являясь защитой и опорой русской жизни в безбрежном море сибирской тайги. С ними накрепко связана история русского освоения сибирских земель, куда Ермак впервые проложил дорогу в 1580-х годах.

400 лет минуло с тех пор, как известный ямщик Артемий Бабинов, тот самый, который первый показал дорогу из Соликамска в Верхотурье, «со товарищи» отнял у ясачных татар «вотчину их ясачную на реке Нище (Нице) на усть Реши (Режа) речки, поставил деревню насильством» и перенес сюда управление строительством Сибирской (Бабиновской) дороги. Несмотря на то что в ответ на челобитную туринского воеводы 4 июля 1620 года из Москвы вышел наказ вернуть земли ясачным татарам и Артемий Бабинов покинул берега Нейвы, именно 7127 (1619) год историк Г.Ф. Миллер и называет началом Невьянской слободы, а человеком, призвавшим первых крестьян – Артемия Бабинова.

В 1621 году Федор Иванович Тараканов, проводивший перепись Верхотурского уезда, осуществил прибор «на новые места меж Верхотурья и Туринского острогу на Невью реку и на Реж реку» 47 человек «на льготу» для постоянного проживания и укрепления российского владения. Заселились они на новые земли до 1 сентября 1621 года, когда по старорусскому летоисчислению начался 7130 год. Из 15 деревень «таракановцев» с 23 дворами надежно идентифицируется только деревня Ячменева. Четыре двора были поставлены на месте нынешнего села Невьянского – оно впоследствии и стало центром зарождающейся слободы.

По причине столь разрозненного расселения «таракановцы» не стали основой первого населения Невьянской слободы, источники таковыми называют навербованных в Казанском уезде «казанских переведенцев», поселившихся в 39 дворах сравнительно крупными группами – 10 дворов в Невьянском, остальные в пяти деревнях: Ключи, Костина, Ветлугина, Первунова и Елань. Территориально Невьянская слобода уже в 1624 году занимала земли по Нейве до Богоявленского монастыря, по Режу – до впадения речки Ошкарки.

Иосиф Бродский в своем стихотворении писал: «В деревне бог живет не по углам, а всюду…». Быт крестьянский немыслим без веры, поэтому вместе с первыми поселенцами на Невью приходили и монастыри. В 1621 году старец Соловецкого монастыря Серапион по благословлению Тобольского архиепископа Киприяна основывает Невьянский Спасский Богоявленский монастырь в месте «от речки Тетери по речку Молебку» (ныне с. Кировское), ставший центром духовной жизни Невьянской слободы.

Невьянские крестьяне занимались не только хлебопашеством, но и гнали деготь, собирали дикий хмель, драли лыко, из которого плели посуду: зобенки, пестери, туески. Ткали мочальные рогожи и попоны. На Невьянском плотбище ладили дощаники и лодки. Добрыми мастерами в этом деле были невьянцы Матвей Сысоев и Панкрат Калугин.

Жизнь в слободе шла своим чередом, население росло. Тем не менее, первых поселенцев на сибирских землях беспечными не назовешь – слишком неспокойное время. Мелкие вооруженные стычки с местными башкирами, вогулами и татарами были постоянными. Не случайно практически сразу в слободе появился свой гарнизон, и первые переписи населения показывают неуклонный рост количества беломестных казаков, освобожденных от уплаты податей. Уже в 1626 году в Невьянском появился острог – высокий частокол из вкопанных в землю бревен с четырьмя башнями по углам и двумя – у главных ворот. Он спас немало жизней первых поселенцев, когда в 1663 и 1664 годах мирная жизнь была нарушена нашествием конной башкирской тьмы, оставившей после себя горе, смерть и разрушения…

Трудолюбивые невьянцы быстро залечивали раны – восстанавливали слободу и монастырь. Невьянское и окрестные деревни всегда были зажиточными и благополучными. Во многом экономическому расцвету Невьянской слободы способствовала пролегающая мимо дорога к славной на всю Сибирь Ирбитской ярмарке, которая открылась в 1643 году. И сами слобожане не терялись — чего только не везли на ярмарку: красивые половики ткачей Овчинниковых, кованые изделия Ефимцевых, резвых красивых коней семейства Пыриных, муку лучшего помола Алексея Чапурина!

Через Невьянскую таможенную заставу непрерывно тянулись по Бабиновской дороге обозы с товарами. Таможня учинила неплохой денежный сбор, который использовали на внутренние нужды: строительство мостов, дорог, мельниц и т.д. Слобода стала центром акцизного дела на товары массового потребления (сахар, чай, табак…).

Но время безвозвратно переписало историю, советская власть и колхозное движение внесли коррективы в крестьянский быт — прекрасная слобода канула в область предания.

Однако потомки освоителей новых уральских земель сохранили хлебопашенные, коневодческие, ремесленные традиции. Руководимые неведомой силой, дошедшей из глубины веков, мастера, ремесленники из села Невьянского и сейчас прославляют своим трудом Алапаевский район. Верно сказано Валентином Распутиным: «Малая родина дает нам гораздо больше, чем мы в состоянии осознать»!

128