Меню
12+

«Алапаевская газета». Еженедельник для города и района

06.11.2014 08:27 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 45 от 06.11.2014 г.

Тридцать дней на войне

Автор: Подготовил В.ПЕРЕВОЗЧИКОВ

Вначале Дмитрий вышел на электронный адрес редакции: "Прибыл на днях из города Донецка. Воевал добровольцем. Можем написать интересную статью!..". Мы пригласили его на встречу в редакцию. Подъезжая к редакции, я сразу обратил внимание на высокого молодого человека. Он отличался от окружающих его людей: уверенный, во всем его внешнем виде читались мужественность и достоинство человека, уже немало повидавшего в этой жизни.
Наш разговор длился около часа. Дмитрий специально попросил не называть его фамилии и, тем более, публиковать фотографию. — Не ради славы пришел, а пользы ради, чтобы рассказать о том, что пришлось увидеть, пережить, о том, как живет и держится братский народ Юго-Востока Украины.
Очевидно, нужно сказать, что Дмитрию 27 лет и он выпускник городской школы №5. А родители живут в Алапаевске.

Дмитрий:
- Мобильным мы не пользовались, такое правило было у развед-диверсионного взвода, в котором я был командиром группы. Звонили только из Спартака, до него было порядка 7 километров. Чтобы знали, сигнал мобильного пеленгуется и очень просто нацикам наводить на такую легкую мишень, к примеру, реактивную установку "Град". Оттого и фотографий нет.
Но попал я в ополчение не сразу же. До этого было две поездки с гуманитарной помощью в Ростов-на-Дону. Вот здесь мне знакомые ребята и сказали, что они едут добровольцами в ополчение Донецка. Поехал и я. Пообщался с местными. Мне посоветовали: "Приедет хороший командир, позывной "Одесса", — соглашайся. Приехало нас из России 16 человек. Все к нему и попали. Уехали, а на другой день здание, где мы находились, разбомбили "Градами". Вот тогда впервые я поверил в судьбу. И это было только начало...
Прибыли на передовую в село Дмитриевка. Затем место дислокации поменяли — нас направили в Донецк. На войне всегда все быстро происходит... Вскоре нас обмундировали. Выдали по автомату и два рожка к нему. И сказали, что на следующий день едем на штурм аэропорта города Донецка. Лишние вещи — оставить. Так началась для меня война, которая длилась 32 дня. Специально нас никто не обучал. Осваивали военную профессию в деле. Так уж получилось. Приходилось постоянно советоваться с теми, кто прошел армию, участвовал в деле, у обстрелянных. Вначале никто не знает, как себя поведет в бою. Все познается в процессе. Основная наша боевая задача была не впускать, не выпускать колонны украинских силовиков из аэропорта. Через неделю боев мне доверили возглавить группу бойцов из 9 человек.
Все дни было сложно. — От начала до последнего дня. И со снабжением оружием, и с обеспечением питанием. Это ведь не регулярная армия, а ополчение. Все приходилось в первую очередь добиваться самим.
Каждую ночь проделывали марш в 7 километров до базы с ранеными и убитыми, обратно — с вооружением, провиантом. Под постоянным обстрелом. Порой, попадали в окружение. Кругом растяжки, минные поля. Днем воевали.
Из 120 человек за 32 дня остались в строю 34 человека. Остальные были либо ранены, либо убиты. Бои шли очень жестокие. В окопах дневали и ночевали. Задача — взять высоту — террикон. До нее мы шли дней пять, сбивая противника. Когда ополченцы возьмут аэропорт — трудно сказать. Потому что среди командования много непонятного. Вот в Луганске, как знаем, много больше порядка. Там строго единоначалие, там казачество. А у нас вроде перемирие: мы не стреляли, а по нам бьют и бьют. На дню несколько раз команда: "Не стрелять!". А у них колонны заходят с вооружением в аэропорт. Потом бьют по нашим. Для нас это было странно. И не понятно. Ведь с обеих сторон наше ополчение. Почему пропускали? Впрочем, это вопрос не рядового уровня, а к командованию.
Командиром был у нас русский офицер. Где-то около 40 лет. Прошел не одну компанию, был в Югославии, в Чечне. Позывной "Афган". А "Одесса" был как комиссар, решая вопросы обеспечения артиллерийской поддержкой и так далее. Не раз спасал от смерти. Ведь нас с высоты пытались не раз сбросить. Во многом благодаря ему, мы держали линию обороны. Вообще, добровольцы, как правило, были в первой линии обороны, украинские ополченцы — больше на блокпостах, так складывалось.
Часто спрашивают, носили мы броники, каски? Отвечаю — нет! Потому что надо быстро менять позицию, иначе накроют огнем. А в бронике далеко не убежишь...
В Авдеевке и в Песках стоял батальон "Днепр" Коломойского. Откуда постоянно шел обстрел. Шли бои.
Многое пришлось увидеть, познать. Помощь, конечно, нужна. Вооружением, в первую очередь. Знаю не понаслышке, например, тепловизор может спасти многие жизни бойцов. Поскольку обнаруживает приближение противника на расстоянии. Очень нужны и приборы ночного видения.
Помощь нужна, но практика позывает и то, что отправлять гуманитарную помощь надо под флагом именного гуманитарного груза, иначе неизвестно куда эта помощь уходит. Иногда можно видеть ее и на рынках...
Когда поступил в ополчение, сначала ничего близким не сообщил. А потом позвонил отцу. Он сказал одно: "Ты мужчина, это твой выбор. Только береги себя...". Каждому человеку страшно. Надо пересилить себя. Кто не может этого, тот обрекает себя на смерть или ранение.
А ситуации бывают такие, что волосы дыбом встают. С ними надо справляться и очень быстро принимать решение. А если ты еще командир, то полностью отвечаешь и за своих бойцов.
Приходилось мне быть и проводником. Каждый день разные боевые задачи. А девиз: любая задача в любом месте. Уже в первом бою, когда были раненые и убитые, оставшиеся сполна поняли, куда они попали и зачем, а не только ради того, чтобы оружие подержать. Военная выучка важна. И это правильно. Жаль, не всегда есть возможность пройти эту учебу. Меня тоже не сразу взяли, раз я не служил. Пришлось проявить напористость. Взяли... Надеюсь, не пожалели.
Вот один из 32 дней на войне. Поучительный? Да все они поучительные были. 15 сентября. Последний день перемирия. Подъем в 6 часов утра. Пили чай. Ели. Как всегда, смеялись. Все ребята были на позитиве, поддерживая себя и товарищей. К 8 часам начался минометный обстрел. Пересидели его. Были раненые. Перевязали. Отправили в медсанчасть. Перекурили. Начался обстрел из "Градов" и тяжелой техники, танков. Все это продолжалось до полудня. Обстрел был очень сильный. Не было возможности вылезти из окопа. Настолько плотный был огонь. Прибежал вестовой, который сообщил о приближении колонны противника и быть готовыми к отражению атаки на террикон. Шла боевая техника и пехота около 50 человек. Команду принял командир взвода, позывной "Леший". Бой был жесткий. Поменяли не один автомат, стволы были накаленные. Патроны на исходе. Командир дал добро и я отправился за боеприпасами за 350 метров. Затарился. Взял патроны, ручной гранатомет. В общем, задачу выполнил. Вот после этого боя меня и назначили командиром группы. А бой продолжался. Оставалось нас 14 человек. И очень сильно бил пулемет в БТРа противника. Мне удалось его подбить. Вот так до вечера мы с ними воевали. Затем они отступили...
К слову о судьбе. Идет обстрел. Рядом две воронки. Прыгаешь в правую. А в левой разрывается снаряд. Не прыгнул в левую случайно. И остался жив. В одном из боев мне сбили с головы фуражку. И только. Повезло...
Планируешь ли на войне жизнь на день вперед? — Нет! День прожил и хорошо. Но начинаешь верить в судьбу. Вначале у нас было несколько человек верующих, а потом молитвы знали все.
Был представлен дважды к наградам. Где-то наградные листы ходят. Но я же не за награды приехал воевать, а за идею. И, слава Богу, жив — здоров. даже не ранило. Хотя видел же, как все происходит в любой момент... Да, опыт говорит, что человек привыкает к опасности. И уже через одну-две недели все ходят в полный рост. Но судьба есть судьба. И если слышишь, как летит мина, то выстрел из танка уже не услышишь. Не убережешься.
Немного о материальном. — Питании. Что приносили с собой, то и ели. Как правило, банка тушенки на сутки. И "Доширак". Может быть хлеб. За водой ходили на ферму за километр от позиции. Сюда бил снайпер, минометы. В конечном счете, от нее ничего не осталось.
Отношение населения к добровольцам из России разное. За все время я лично лишь два раза услышал спасибо. И пока не все население приняло окончательное решение. Все ждут референдум. Кстати, много разговоров о вхождении Донецкой республики в состав России. А в Луганске — за полную независимость. В общем, все неоднозначно. Пока так. Но, повторю, я воевал за идею — против нацизма и фашизма. И сделал, что мог.
Недавно вернулся домой. И здесь сполна понял, как здорово жить! Просто жить. Что буду делать дальше? — Пока не знаю.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.